Автор: Правовое управление Ассоциации «НП Совет рынка»

1. Дело № А15−3550/2015 об отказе в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда по причине нарушения указанным решением основополагающих принципов российского права.

Определением Арбитражного суда Республики Дагестан по делу № А15−3550/15 ООО «Каспэнергосбыт» был выдан исполнительный лист на принудительное исполнение решения Международного Арбитражного Учреждения при Некоммерческом Фонде «Новоспасский» (далее – Решение Третейского суда).

Как следует из Решения Третейского суда, спор между ООО «Каспэнергосбыт» и ООО «Каспий Сервис» рассмотрен с участием «третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований»: Ассоциации «НП Совет рынка», ОАО «АТС», ОАО «ЦФР», Республиканской службы по тарифам Республики Дагестан и ФАС России.

Между тем, Ассоциация «НП Совет рынка», также как и другие «третьи лица», не заключали с ООО «Каспэнергосбыт» и ООО «Каспий Сервис» третейских соглашений или договоров, содержащих третейскую оговорку о возможности рассмотрения каких-либо споров в Третейском суде. Более того, Ассоциация «НП Совет рынка», ОАО «АТС», ОАО «ЦФР» и ФАС России письменно уведомили Третейский суд о своем несогласии на участие в рассмотрении спора между ООО «Каспэнергосбыт» и ООО «Каспий Сервис».

Несмотря на вышеуказанное, Третейский суд против воли указанных лиц, рассмотрел дело с их участием и принял решение, в котором были разрешены вопросы о правах и обязанностях привлеченных им третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований. На принудительное исполнение данного решения ООО «Каспэнергосбыт» был получен исполнительный лист.

Ассоциация «НП Совет рынка», ОАО «АТС» и ОАО «ЦФР» не согласились с определением Арбитражного суда Республики Дагестан о выдаче исполнительного листа на решение Третейского суда и оспорили указанный судебный акт в Арбитражном суде Северо-Кавказского округа.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, рассмотрев жалобы организаций коммерческой инфраструктуры оптового рынка электрической энергии и мощности, отменил оспариваемое определение Арбитражного суда Республики Дагестан и отказал ООО «Каспэнергосбыт» в выдаче исполнительного листа на Решение Третейского суда, руководствуясь следующими доводами.

Согласно статьям 5, 17, 27 Федерального закона от 24.07.2002 № 102−ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации» в третейском разбирательстве могут участвовать только стороны арбитражного соглашения. Для привлечения третьего лица к разбирательству требуется согласие данного лица, выраженное в письменной форме.

В соответствии со статьей 35 Регламента Международного Арбитражного Учреждения при Некоммерческом Фонде «Новоспасский» вступление в третейское разбирательство третьего лица допускается по инициативе третейского суда или с обоюдного согласия сторон. Для привлечения к третейскому разбирательству третьего лица требуется согласие привлекаемого лица и сторон по делу. Письменное согласие привлекаемого лица должно быть выражено в виде отдельного третейского соглашения сторон по делу.

При исследовании материалов дела Арбитражный суд Северо-Кавказского округа установил, что доказательства, свидетельствующие о согласии третьих лиц на привлечение их к третейскому разбирательству, не представлены, наоборот, стороны направили в третейский суд возражения против рассмотрения спора с их участием.

В пункте 1 статьи 6 Федерального закона от 24.07.2002 № 102−ФЗ «О третейских судах в Российской Федерации» закреплено, что третейский суд разрешает споры на основании Конституции Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, нормативных актов Президента Российской Федерации и Правительства Российской Федерации, нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти, нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации и органов местного самоуправления, международных договоров Российской Федерации и иных нормативных правовых актов, действующих на территории Российской Федерации.

Конституционным судом Российской Федерации в постановлении от 26.05.2011 № 10−П «По делу о проверке конституционности положений пункта 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 1 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации», статьи 28 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», пункта 1 статьи 33 и статьи 51 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)» в связи с запросом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации» определена позиция о защите прав и интересов третьих лиц, которые могут быть затронуты в рамках исполнения решения третейского суда. Так, в силу пункта 6 названного постановления статья 46 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с положениями процессуального законодательства предполагает, что третейский суд не вправе разрешать спор, если в процессе третейского разбирательства затрагиваются права и обязанности лиц, которые в нем не участвуют и не давали согласия на участие в нем.

В этой связи Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к выводу, что Решение Третейского суда, принятое без согласия третьих лиц на участие в третейском разбирательстве, нарушает основополагающие принципы российского права, отменил незаконное определение Арбитражного суда Республики Дагестан и оказал в выдаче исполнительного листа на указанное Решение.

2. Дело № А40−24703/15−94−195 об оспаривании отказа антимонопольного органа в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства в отношении Ассоциации «НП Совет рынка».

ООО «Руссдрагмет», АО «Многовершинное», ООО «Белая Гора» (далее – Заявители) обратились в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании незаконным отказа ФАС России в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства и обязании ФАС России возбудить дело о нарушении антимонопольного законодательства.

По мнению Заявителей, антимонопольным органом были неверно истолкованы фактические обстоятельства, свидетельствующие о наличии нарушения антимонопольного законодательства. Так, 12.09.2013 года Наблюдательным советом НП «Совет рынка» было принято решение, на основании которого ОАО «Дальневосточная генерирующая компания» (далее — ОАО «ДГК») была лишена права на участие в торговле электрической энергией (мощностью) на оптовом рынке с использованием групп точек поставки (далее — ГТП) генерации и потребления, зарегистрированных на оптовом рынке в отношении Николаевской ТЭЦ.

По мнению Заявителей, НП «Совет рынка» в результате согласованных действий с ОАО «ДГК» неправомерно исключило указанные группы точек поставки из точек поставки на оптовом рынке, что позволило установить тариф на объемы электроэнергии (мощности), превышающей уровень цены (тарифа) по сравнению с остальными объектами генерации на территории Хабаровского края. Принятое НП «Совет рынка» решение способствовало резкому росту с 01.01.2014 года стоимости электроэнергии для Заявителей.

По результатам судебного разбирательства Арбитражный суд города Москвы отказал Заявителям в удовлетворении их требований, основываясь на следующем.

Суд установил, что в сентябре 2013 года НП «Совет рынка» было принято решение о лишении ОАО «ДГК» с 01.01.2014 права участия в торговле электрической энергией и мощностью на оптовом рынке с использованием ГТП генерации и потребления, зарегистрированных в отношении Николаевской ТЭЦ. Основанием для принятия указанного решения стало соответствующее волеизъявление ОАО «ДГК», выраженное последним в соответствии с требованиями п. 37 Правил оптового рынка электрической энергии и мощности, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2010 № 1172 (далее — Правила оптового рынка).

Вышеуказанное волеизъявление ОАО «ДГК» относительно прекращения права на участие в торговле электрической энергией и мощностью на оптовом рынке с использованием названной ГТП было связано с переводом электрической станции Николаевская ТЭЦ, установленная мощность генерирующего оборудования которой составляет 130,6 МВт, с оптового рынка на розничный рынок электроэнергии, что не противоречит требованиям Закона об электроэнергетике, а также Правилам оптового рынка, поскольку Николаевская ТЭЦ функционирует в энергорайоне, технологически не связанном с ЕЭС России.

При этом между управляемыми ООО «Руссдрагмет» организациями ЗАО «Многовершинное», ООО «Белая гора» и ОАО «ДГК» были заключены договоры энергоснабжения. По условиям вышеназванных договоров ОАО «ДЭК» обязался осуществлять продажу электрической энергии (мощности) через привлеченных третьих лиц оказывать услуги по передаче электрической энергии (мощности) и услуги по оперативно-диспетчерскому управлению, неразрывно связанные с процессом снабжения электрической энергии (мощностью).

Между тем, с 01.01.2014 года произошел резкий рост стоимости электроэнергии для управляемых ООО «РДМ» организаций, что послужило основанием для обращения Заявителей в адрес ФАС России с заявлением о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства и выдаче предписания о восстановлении прав ОАО «ДГК» на участие в торговле электрической энергией (мощностью) на оптовом рынке.

В соответствии со статьей 22 Федерального закона от 26.07.2006 № 135−ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции) антимонопольный орган обеспечивает государственный контроль за соблюдением антимонопольного законодательства хозяйствующими субъектами, предупреждает монополистическую деятельность, недобросовестную конкуренцию, другие нарушения антимонопольного законодательства.

На основании заявления ООО «РДМ» ФАС России была проведена соответствующая проверка, по результатам которой нарушений требований антимонопольного законодательства не выявлено, а также установлено, что указанные в обращении вопросы касаются расчетов стоимости электрической энергии и мощности, в частности, изменения тарифов (цен) на электрическую энергию (мощность), которые подлежали на тот момент регулированию ФСТ России.

В ходе судебного разбирательства суд пришел к выводу, что Заявителями не приводится мотивов и доказательств, свидетельствующих о наличии необходимых критериев и фактов, поименованных в части 1 статьи 10 и части 2 статьи 11.1 Закона о защите конкуренции и необходимых для признания оспариваемого решения государственного органа незаконным, а фактически оспаривается решение НП «Совет рынка» о лишении ОАО «ДГК» права участия в торговле на оптовом рынке по вышеназванным ГТП на предмет его соответствия нормам законодательства об электроэнергетике.

По результатам рассмотрения указанного дела суд установил, что решение ФАС России об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства было принято после рассмотрения заявления ООО «РДМ» на предмет наличия в действиях Ассоциации «НП Совет рынка» и ОАО «ДГК» признаков нарушения антимонопольного законодательства, и содержит однозначный ответ об отсутствии таковых нарушений, при этом, доказательств нарушения прав и законных интересов Заявителей оспариваемым актом ФАС России суду не представлено.

На основании изложенного, Арбитражный суд города Москвы отказал Заявителям в удовлетворении их требований.

3. Дело № A19−15605/2013 о взыскании с гарантирующего поставщика неосновательного обогащения, полученного им в результате неверного использования в расчетах за электрическую энергию уровня среднего первого напряжения (СН1) вместо высокого напряжения (ВН).

Между ООО «Технопарк» (далее – Общество, Потребитель) и ООО «Иркутская энергосбытовая компания» (далее – Компания) был заключен договор энергоснабжения потребителя с присоединенной мощностью 750кВА и выше. Указанный договор относится к публичным.

Потребитель, указывая на опосредованное присоединение своих энергопринимающих устройств к электрическим сетям сетевой компании через энергетические установки производителя электрической энергии, утверждает, что Компанией было применено значение уровня среднего первого напряжения (СН1) вместо высокого напряжения (ВН) в расчетах в период с 01.01.2011 по 30.06.2013, а следовательно, неправильно определен тариф на услуги по передаче электрической энергии, являющийся составляющей цены на электрическую энергию.

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что согласно существовавшей до июля 2013 года схеме энергоснабжения питание электрической энергией объектов общества осуществлялось от производителя электроэнергии (ТЭЦ-9 ОАО «Иркутскэнерго») без участия объектов электросетевого хозяйства сетевой компании.

Указав, что электроустановки общества присоединены к ТЭЦ-9 ОАО «Иркутскэнерго» на уровне напряжения 35 кВ, на котором и осуществляется фактическое получение электроэнергии, что соответствует уровню напряжения СН1, согласованному сторонами в договоре энергоснабжения, суды пришли к выводу об отсутствии на стороне Компании неосновательного обогащения.

При этом суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 309, 421, 539, 544, 1102, 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации, Основными положениями функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 (далее – Основные положения № 442), и исходили из того, что Методические указания по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденные приказом Федеральной службы по тарифам от 06.08.2004 № 20−э/2 (далее – Методические указания № 20−э/2), к правоотношениям сторон не применяются.

Суд округа согласился с выводами судов первой и апелляционной инстанций.

Отменяя судебные акты судов нижестоящих инстанций Верховный суд Российской Федерации указал, что судами не учтено следующее.

В соответствии со статьей 6 Федерального закона от 26.03.2003 № 36−ФЗ «Об особенностях функционирования электроэнергетики и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «Об электроэнергетике» (далее – Закон № 36−ФЗ) утверждаемые Правительством Российской Федерации основные положения функционирования розничных рынков и иные регулирующие функционирование (ценообразование) оптового и розничных рынков нормативные документы обязательны для сторон публичного договора со дня их вступления в силу и распространяются также на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров, если указанными нормативными документами не установлен иной срок их вступления в силу.

Согласно абзацу 3 пункта 6 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), потребители услуг, опосредованно присоединенные к электрическим сетям, оплачивают услуги по передаче электрической энергии в соответствии с методическими указаниями, утверждаемыми федеральным органом исполнительной власти в области государственного регулирования тарифов.

Таким образом, вывод судов о том, что Методические указания № 20−э/2 не применяются к правоотношениям сторон, является ошибочным.

Согласно пункту 78 Основных положений № 442 расчеты за электрическую энергию (мощность) по договору энергоснабжения осуществляются с учетом того, что стоимость электрической энергии (мощности) по договору энергоснабжения включает стоимость объема покупки электрической энергии (мощности), стоимость услуг по передаче электрической энергии, сбытовую надбавку, а также стоимость иных услуг, оказание которых является неотъемлемой частью процесса поставки электрической энергии потребителям. Аналогичные правила установлены пунктом 108(1) Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 31.08.2006 № 530.

В силу пункта 2.2 договора энергоснабжения гарантирующий поставщик принял на себя обязательства заключить с сетевой компанией в интересах потребителя договор на оказание услуг по передаче электрической энергии до энергопринимающих устройств потребителя, а в пункте 3.1 договора предусмотрена обязанность общества возмещать гарантирующему поставщику расходы на оплату услуг по передаче электрической энергии.

Цены на услуги по передаче электрической энергии подлежат государственному регулированию (статья 23 Федерального закона от 26.03.2003 № 35−ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике).

Пунктом 44 Методических указаний № 20−э/2 предусмотрена дифференциация ставки для исчисления размера тарифа на услуги по передаче электрической энергии на четыре уровня напряжения, в том числе ВН и СН1.

Пунктом 6 Правил № 861 и пунктом 55 Методических указаний № 20−э/2 установлены особенности оплаты электрической энергии потребителями, энергопринимающие устройства которых присоединены к электрическим сетям сетевой организации через энергетические установки производителя электрической энергии.

В частности, абзацем вторым пункта 55 Методических указаний № 20−э/2 (в редакции, действующей с 02.03.2010) предусмотрено, что в случае если все энергопринимающие устройства потребителя присоединены к электрическим сетям сетевой организации через энергетические установки производителя электрической энергии и потребитель получает от данного производителя весь объем потребляемой электрической энергии, потребитель оплачивает услуги по передаче электрической энергии по установленной ставке тарифа на содержание электрических сетей для уровня напряжения, на котором производитель присоединен к электрическим сетям сетевой организации по напряжению станции наиболее высокого уровня.

В силу положений части 1 пункта 4 статьи 421, статьи 422, пунктов 2 и 4 статьи 426 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 3 статьи 26 Закона об электроэнергетике, статьи 6 Закона № 36−ФЗ указанные особенности независимо от условий заключенных договоров являются обязательными для лиц, производящих расчеты за услуги по передаче электрической энергии в случаях, предусмотренных этим пунктом. Вместе с тем, поскольку возможность учета изменений, внесенных в пункт 55 Методических указаний № 20−э/2, связана с процессом формирования тарифов, вступление таких изменений в силу после утверждения тарифов на календарный год влечет их применение со следующего периода регулирования, — с 01.01.2011.

Для решения вопроса о том, какой уровень напряжения стороны должны использовать в расчетах за услуги по передаче электрической энергии (в данном случае в расчетах между гарантирующим поставщиком и потребителем), суду необходимо установить, что все энергопринимающие устройства потребителя присоединены к электрическим сетям сетевой организации через энергетические установки производителя электрической энергии, что потребитель получает от данного производителя весь объем потребляемой электрической энергии, а также непосредственно определить тот уровень напряжения, на котором производитель присоединен к электрическим сетям сетевой организации по напряжению станции наиболее высокого уровня.

Между тем, суды, установив, что снабжение электроэнергией электроустановки № 1 истца осуществляется от производителя, который присоединен к сетям сетевой компании на напряжении ВН, обосновали отказ в удовлетворении иска тем, что уровень напряжения согласован сторонами при заключении договора энергоснабжения (СН1).

Однако уровень напряжения для целей расчетов в соответствии с указанным пунктом не может определяться соглашением сторон и зависит от условий технологического присоединения сетей производителя к электрическим сетям сетевой организации.

Таким образом, Верховный суд Российской Федерации пришел к выводу о том, что уровень напряжения для целей расчетов в соответствии с указанным пунктом зависит от условий технологического присоединения сетей производителя к электрическим сетям сетевой организации и не может определяться соглашением сторон.

Необходимо отметить, что определение Верховного суда Российской Федерации по данному делу изменяет ранее принятую позицию судов, согласно которой уровень напряжения мог быть согласован сторонами даже в случае опосредованного присоединения через объект по производству электрической энергии (постановление Президиума ВАС РФ от 29.05.2007 № 16260/06 по делу № А40−85382/06−68−664).

4. Дело № А72−16906/2014 о взыскании с сетевой компании убытков, понесенных гарантирующим поставщиком в виде оплаты на оптовом рынке электрической энергии и мощности штрафа за несоответствие его системы коммерческого учета электрической энергии требованиям оптового рынка.

ОАО «Ульяновскэнерго» обратилось в суд с иском к ОАО «МРСК Волги», требуя, в том числе, взыскать с сетевой компании убытки, возникшие у истца вследствие уплаты штрафа за нарушение участником оптового рынка установленных требований, предъявляемых к системе коммерческого учета электрической энергии на оптовом рынке.

Свои требования ОАО «Ульяновскэнерго» обосновывал следующим.

Решением Дисциплинарной комиссии НП «Совет рынка» был установлен факт нарушения ОАО «Ульяновскэнерго» требований оптового рынка, согласно которым каждая точка (группа точек) поставки, с использованием которой участник планирует участвовать в торговле на оптовом рынке, должна быть оснащена средствами измерений, обеспечивающими сбор, обработку и передачу организации коммерческой инфраструктуры данных коммерческого учета, в связи с чем, на истца был наложен штраф в размере 100 000 руб.

Указанное решение было оставлено в силе Конфликтной комиссией при Наблюдательном совете НП «Совет рынка». Истцом штраф был уплачен.

При этом между истцом и ответчиком был заключен договор оказания услуг по передаче электрической энергии, по условиям которого исполнитель (ОАО «МРСК Волги») был обязан привести в соответствие с требованиями, установленными правилами оптового рынка, принадлежащие исполнителю системы коммерческого учета электроэнергии, находящиеся в границах балансовой принадлежности исполнителя и используемые для определения объемов электроэнергии, приобретаемой заказчиком на оптовом рынке электроэнергии (мощности).

Как указало ОАО «Ульяновскэнерго», начиная с 2011 года общество неоднократно обращалось в ОАО «МРСК Волги» с предложениями начать работы по оснащению его точек поставки системой коммерческого учета электрической энергии, удовлетворяющей техническим требованиям оптового рынка, однако, данные обращения остались без ответа

Применение санкций (штрафа) к ОАО «Ульяновскэнерго», по его мнению, вызвано бездействием ОАО «МРСК Волги», выразившемся в неприведении в соответствие с требованиями, установленными правилами оптового рынка, принадлежащей ответчику системы коммерческого учета электроэнергии, используемой для определения объемов электроэнергии, приобретаемой истцом на оптовом рынке.

Отказывая ОАО «Ульяновскэнерго» в удовлетворении требований о взыскании убытков, суд исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 30 Закона об электроэнергетике правовые основы функционирования оптового рынка устанавливаются Законом об электроэнергетике, а также Правилами оптового рынка и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти.

Подпунктом 2 пункта 23 Правил оптового рынка, установлено, что каждая точка (группа точек) поставки, с использованием которой участник планирует участвовать в торговле на оптовом рынке, должна быть оснащена средствами измерений, обеспечивающими сбор, обработку и передачу организации коммерческой инфраструктуры данных коммерческого учета и соответствующими требованиям, определенным Правилами оптового рынка и Договором о присоединении.

Согласно Приложению № 1.1 к Договору о присоединении) (далее — Положение о реестре) выполнение измерений в отношении всех точек поставки в составе зарегистрированных за участниками оптового рынка групп точек поставки осуществляется автоматизированнымиинформационно-измерительными системами коммерческого учета электрической энергии (мощности) (далее — АИИС).

В Договоре о присоединении установлено, что АИИС считается соответствующей требованиям оптового рынка, если в процессе ее создания и эксплуатации обеспечено выполнение технических требований, указанных в пункте 2.5 Приложения № 11.1 к Положению о реестре, по надежности, защищенности, функциональной полноте (пункт 1.3 Приложения № 11.1 к Положению о реестре).

Документом, подтверждающим соответствие АИИС требованиям оптового рынка, является Акт соответствия АИИС.

Суд указал, что заключенный сторонами договор оказания услуг по передаче электрической энергии регулируется нормами главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — Кодекс).

Согласно пункту 1 статьи 779 Кодекса по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Поскольку отношения сторон возникли из договора, нормы об ответственности за деликт не применяются, а вред возмещается в соответствии с правилами об ответственности за неисполнение договорного обязательства или согласно условиям договора, заключенного между сторонами (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.06.2013 № 1399/13).

В силу статьи 309 Кодекса обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.

Пунктом 1 статьи 393 Кодекса предусмотрено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Кодекса).

Возмещение убытков — это мера гражданско-правовой ответственности, поэтому ее применение возможно лишь при наличии условий ответственности, предусмотренных законом. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размери причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями. Недоказанность хотя бы одного из указанных условий является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска о взыскании убытков.

Договор о присоединении к торговой системе оптового рынка регулирует отношения только между участниками оптового рынка электрической энергии.

В соответствии с пунктом 2 Правил оптового рынка «участники оптового рынка»  — это поставщики электрической энергии и мощности и покупатели электрической энергии и мощности, получившие статус субъектов оптового рынка, заключившие обязательные для участников оптового рынка договоры и совершившие иные необходимые для осуществления торговли электрической энергией и мощностью на оптовом рынке действия в соответствии с договором о присоединении к торговой системе оптового рынка.

Согласно пункту 23 Правил оптового рынка территориальная сетевая организация может являться участником оптового рынка только в одном случае — когда осуществляет функции гарантирующего поставщика.

Как следует из материалов дела, на территории Ульяновской области функции гарантирующего поставщика осуществляет Общество, а Компания, являясь территориальной сетевой организацией, участником оптового рынка электрической энергии не является.

Следовательно, Договор о присоединении к торговой системе оптового рынка не может устанавливать каких-либо обязательных правил в отношении Компании, тем более накладывать на ответчика какие-либо обязанности в силу пункта 3 статьи 308 Кодекса.

Суд указал, что заключенный сторонами договор не содержит положений о порядке исполнения обязанностей, предусмотренных пунктом 151 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442.

При этом между сторонами имеются разногласия относительно распределения обязанностей в части разработки документов, предусмотренных договором о присоединении к торговой системе оптового рынка, необходимых для установления соответствия автоматизированныхинформационно-измерительных систем коммерческого учета техническим требованиям, предъявляемым к субъектам оптового рынка.

Обязательства по обеспечению оснащения точек поставки системой учета, необходимой для осуществления обязательств сетевой организации по оказанию услуг по передаче электрической энергии потребителям гарантирующего поставщика на розничном рынке электрической энергии, со стороны Компании выполнены в полном объёме, что истцом не отрицается (согласно представленной переписке сторон).

На основании вышеизложенного судом установлено, что обязанность по приведению АИИС в соответствии с требованиями Правил оптового рынка и Договора о присоединении лежит на участнике оптового рынка – гарантирующем поставщике, а расходы гарантирующего поставщика на оптовом рынке, возникшие вследствие невыполнения гарантирующим поставщиком обязательств по разработке документов, необходимых для установления соответствия автоматизированных информационно-измерительных систем коммерческого учета техническим требованиям, предъявляемым к субъектам оптового рынка, несет сам гарантирующий поставщик.

5. Дело № А76−16573/2015 о взыскании с гарантирующего поставщика неосновательного обогащения в виде стоимости электрической энергии, поступившей в единую энергосистему и выработанной производителем электрической энергии на розничном рынке, не реализованной другим субъектам электроэнергетики.

АО «Златмаш» обратилось в суд с заявлением о взыскании с гарантирующего поставщика ПАО «Челябэнергосбыт» неосновательного обогащения в виде стоимости электрической энергии, выработанной им, но не реализованной другим субъектам электроэнергетики, ссылаясь на следующие обстоятельства.

В период с 01.07.2013 по 31.03.2015 АО «Златмаш» с использованием собственного генерирующего оборудования осуществляло выработку электрической энергии, которая поступала с объекта генерации истца в электрические сети сетевой организации.

Далее через электрические сети сетевой организации часть вырабатываемой истцом энергии поступала к его энергопринимающим устройствам, оставшаяся часть – к присоединенным к сетям указанной сетевой организации потребителям, находящимся в зоне деятельности ПАО «Челябэнергосбыт».

Между истцом и гарантирующим поставщиком отсутствовал договор о приобретении последним «излишков» энергии.

В результате общая стоимость произведенной с использованием генерирующего оборудования истца электрической энергии (мощности), поступившей во внешнюю электрическую сеть (то есть не потребленной истцом) за спорный период составила 36 889 096 рублей.

Удовлетворяя требования истца, суд исходил из следующего.

Согласно отчетам о потребленной электрической энергии за период с 01.07.2013 по 31.03.2015, представленным истцом, объем произведенной электроэнергии превышает объем потребленной обществом энергии, что подтверждается подписанными сетевой организацией актами. Указанные отчеты предоставлялись истцом ответчику и были учтены последним при расчетах с истцом по договору купли-продажи электрической энергии.

Факт поступления электрической энергии, произведенной с использованием объекта генерации истца, во внешние электрические сети подтверждается отсутствием разногласий между гарантирующим поставщиком и истцом в период с 01.07.2013 по 31.03.2015 относительно объема потребленной электрической энергии, выработанной электрической энергии, поступившей в сети сетевой организации и вышедшей из ее сетей.

Факт наличия избыточной выработки электрической энергии со стороны истца в определенные часы спорного периода подтверждается помесячными расчетами объема электроэнергии, поставленной гарантирующему поставщику за период с июля 2013 года по март 2015 года.

Судом было учтено, что электрическая энергия не может накапливаться в электрических сетях, а специфика (особенность) электрической энергии как товара заключается в невозможности идентифицировать такой товар применительно к производителю, из чего следует вывод, что поступившие в общую электрическую сеть на территории деятельности гарантирующего поставщика «излишки» в любом случае будут использованы исключительно потребителями, присоединенными к электрическим сетям, и не могут исчезнуть бесследно.

В силу закона гарантирующий поставщик обязан приобретать и реализовывать электрическую энергию потребителям исключительно на территории своей деятельности.

Если потребители электрической энергии и сетевые организации расположены на территории деятельности гарантирующего поставщика, «излишки» электрической энергии производителя так или иначе будут потреблены и реализованы данным гарантирующим поставщиком, и в случае неоплаты потребленной электроэнергии на стороне последнего возникает неосновательное обогащение

При этом факт отсутствия заключенного между указанными сторонами договора купли-продажиэлектрической энергии не является основанием для освобождения гарантирующего поставщика от оплаты полученной им от производителя электрической энергии, фактически реализованной потребителям на территории его деятельности, поскольку гарантирующий поставщик, реализовавший потребленную электрическую энергию производителя, обязан оплатить стоимость фактически принятой от производителя энергии.

При этом суд указал, что вопрос о том, каким образом гарантирующий поставщик распорядился полученной электрической энергией, не является обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении подобной категории споров.

В силу пункта 65 Основных положений № 442 производитель электрической энергии, не реализовавший произведенную электрическую энергию другим покупателям, может реализовать избытки произведенной им электроэнергии только гарантирующему поставщику, а потому именно на последнем лежит обязанность по возмещению неосновательного обогащения.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Челябинской области по делу № А76−16573/2015 суд взыскал с гарантирующего поставщика в пользу производителя электрической энергии

Таким образом, суд подтвердил, что гарантирующий поставщик может быть признан неосновательно обогатившимся за счет производителя электрической энергии, несмотря на отсутствие договорных отношений по приобретению «излишков» энергии, отсутствие явных доказательств потребления «излишков» электрической энергии на территории его деятельности и реализации от имени гарантирующего поставщика указанной энергии потребителям.

http://www.bigpowernews.ru/markets/document71581.phtml